Пустыня. Но все как-то странно. Словно и не на Земле вовсе. Прохлада, мягкий ветер. Оранжевые тона намекали на близость заката. Все вокруг намекало на скрытую опасность. Что-то таилось в воздухе. Зверь стоявший за спиной пытался схватить за горло зубами, и рвать тело когтями. Краем глаза ты улавливал жуткие тени. А в далеком, темном и сыром уголке разума слышался злобный рык. С каждом новым вдохом давление на тебя этого ада было все больше. Гул и рык нарастал, ветер усиливался, а тени перестали скрываться. В приступе паники начал крутить головой. Пытаясь увидеть то, что у скрыто у тебя в подсознании. И в отчаянии закрываешь глаза… Вся эта жуть исчезла.
Перед тобой на шоссе стоит автобус. Обычный школьный автобус. Откуда он тут взялся? И где пыль? Он все время здесь стоял? Стало тихо, пустыня снова замолкла. Дизельный двигатель натужно гудел, но словно где-то вдали. Задняя дверь открыта. Водитель лысый, и голова вся в татуировках. Наверно бывший заключенный, отрабатывает на общественных работах. Лучше мне избежать разговора с ним. Он сидел к тебе затылком. Наблюдал закат в окне. Странно: уже не меньше двадцати минут прошло, а солнце не сдвинулось. И вот я уже стою на пороге. Осталось только сделать шаг. Ты не решаешься. Ты стоишь на пороге и просто смотришь в салон. Из которого несет затхлым воздухом и нагревшийся на солнце кожаной оббивке. И тут все прояснилось. Хоть ты не хотел в это верить, и отказывался принять это. Ты понял…
- Нет! - и не успел ты сомкнуть губ, как Автобус угнал прочь, ни подняв ни тучки пыли. Словно парил над землей. Напротив стоял человек. Проводил взглядом Автобус. Водитель. Что за? Это не татуировки. Это кости, торчащие из под кожи. Разорванная плоть и потеки крови. Абсолютно нагой, и изуродованный. Казалось что он не может стоять, так как у него не было ни одной целой косточки, из суставов торчали посторонние предметы. По всему телу были вживлены металлические пластины, державшие этого исполина. Проржавевшие железо срослось с гниющей плотью. На руках всего три пальца. Кожа бледная как у мертвеца.
- Вам не достать меня так легко, - довольно заявил ты. Он повернул голову в твою сторону. Увидев его глаза, вся уверенность исчезла. Красные, залитые кровью глазные яблоки, смотрели прямо в душу. Все вокруг потемнело, и затем загорелось, пламенем адским и темным, а не приятным и нежным.
- Я доберусь до тебя в следующий раз, - он не мог говорить, у него не было языка, и вместо зубов жестяные шипы, вместо звуков со рта лилась кровь и гниль. Голос звучал у тебя в голове. Натужно и медлительно. Каждый гласный отдавался эхом, болью и все больше увеличивал твой страх. Все начало темнеть а потом этот подонок начал смеяться. Громко и отрывисто. Словно что мешало ему дышать. Все дальше и дальше…
Вдох… Твоя рука все еще держится за поручень. Ноги не чувствуешь. Вдох… Рывок. Ты немного освободился из под осколков. Повсюду слышны стоны твоих друзей и знакомых. Тебе плевать. Вдох… Еще один рывок. Жуткая боль ниже колена. Кажется сломана. И вот ты уже смотришь на проезжую часть через разбитое окно. Последний рывок. Лежишь на асфальте. Перевернулся на спину. Звезды… Вот чего там не было. Вот то, про что они забыли. Ты разразился жутким, торжествующим смехом, ведь ты победил приспешника смерти…
Я всегда буду верить в то, что через жуткие, страшные и отвратительные вещи, можно познать суть прекрасного.
Темнота. Тебя окружает полнейший мрак. Холодный, леденящий ужас кроется в этом сумраке. Когда ты спишь, все, о чем ты боялся думать наяву, всплывает, как окоченевший труп, выброшенный в канаву туманным утром. Ты сталкиваешься лицом к лицу со своим страхом. Он сковал железные прутья, которые заточили твой рассудок, в проржавевшую клетку. Слышен только скрип зубов о сталь. Каждый раз когда ты спишь, ты пытаешься выжить, протянуть до утра. И вот снова, сон, который преследует тебя уже несколько лет. Явился не на битву, а на жатву. Пожинать твое отчаяние, и пожирать твою веру с твоими надеждами. Он пришел, вторгся в твой разум, и разжег пламя боли. Ее образ. От нее настоящей не осталось ничего. Все самое лучшее, что в ней было впитал бездушный идол. Он укоренился в твоей памяти. Этот сон заставляет тебя снова переживать те события. Ее глаза такие живые в последний миг. Хватались за жизнь, словно протягивали свои трясущиеся руки к тебе. Ярко-зеленый цвет кажется таким живим в свете фар автомобиля. Время останавливается, и в одном миге вмещается целая вечность. Ты смотришь в ее испуганные глаза. Пропасть. Она падает в бездну, и мрак поглощает ее. Раскаты боли пронзают твою голову. А затем смех. Он потешается над тобой. Твой страх завладел тобой, поглотил, и поработил твой рассудок. А дальше, сон просто добивает, и так искалеченный разум. Всю ночь напролет ты слышишь стоны и крики, видишь неразборчивые картины боли и мучений. И кажется нет тебе спасения, пока…
- Пап? - тонкий детский голосок вытаскивает тебя из ада. - Ты снова кричал.
- Я тебя напугал? - подымаешь голову, она неуверенно кивает. Что-то изменилось. Ее присутствие разгоняет всех бесов твоего страха. Холода больше нет. Тебя окутало приятное, весеннее тепло. Самая непроглядная ночь сменилась бы на день в лучах ее улыбки. Сердце снова забилось.
В тот день, когда все сгорело. Когда казалось, что жизнь закончена. Когда ты стоял у черты, на краю бездонной пропасти. Тогда ты взял на руки ту хрупкую девчушку, и нырнув в зелень ее глаз, ты нашел новый смысл жизни. Она маленький росточек, посаженный твоей женой, за которым ты должен приглядывать. Твоя любовь переродилась в новой форме. Она безупречна и чиста, как ключевая вода.
Укладываешь ее спать, целуешь в лоб, успокаиваешь, сидишь с ней рядом, пока она не уснет. Возвращаешься в свою комнату. Он тебя ждет. Стоит в углу и облизывает зубы. Ты его не страшишься. Ты знаешь, что он ее боится. Сегодня он тебя больше не тронет. С улыбкой на губах закрываешь глаза, и сладкое спокойствие наполняет твое сознание.
Вы когда-либо ощущали истинную, неподдельную ярость?
Мгновенный взрыв разносится по всему телу. Когда причины уже не играют роли. Когда кровь закипает в жилах. Когда каждый мускул напряжен. Когда скрежет зубов сдерживает зверя для точного броска. Когда глаза видят только цель. Дыхание останавливается, а из глотки вырывается дикий вопль, который знаменует начало конца. Боль становится роскошью. Гнев, ненависть, злоба. Самые жуткие и самые сильные чувства наполняют твой кулак, ногти впиваются в плоть, суставы трещат. Тебе не нужно думать что делать, а значит ты расчетлив, точен и непоколебим. Тебя не остановить, ты - выпущенная стрела. Суть твоего бытия - нести боль.
Все горит. Ты горишь. Ты неуязвим. Ты всемогущ. В твоих глазах виден отблеск пламени гнева. Злоба одурманивает тебя. А ненависть чернит твою душу.
Представьте себе день, который рассчитан по часам, нет - по минутам. Время почитать книгу или послушать музыку есть только в автобусе. На руках мозоли, а под глазами мешки. Для меня 8 часов сна - это роскошь. Ложишься поздно, не раньше полуночи, встаешь с рассветом. Я просто по другому не умею, меня дед, как приучил вставать с петухами, наверно на всю жизнь теперь.
Не сказал бы, что работать на фабрике мне понравилось, но я понял на что я способен. Сразу после учебы я из студента превращался в грузчика или фасовщика. Две недели день за днем проходил в ожидании завершения. И вот все… Я смог.
Да, я согласен - это не покорение Эвереста, но все же это было не легко. Тем более, что это всего лишь начало. Завтра у меня на 23.45 поезд. И я на всех парах отправляюсь пеший поход. Всю следующую неделю мягкую кровать мне заменит спальный мешок на твердой породе, а серые дома за окном - зеленые деревья.
Я соскучился по тем звездам. Нигде я не видел такого неба ночью, как в горах. Словно миллиарды маленьких песчинок разбросанных по черному полотну. Но про свои похождения, я еще расскажу. У меня историй много: и правдивых и вымышленных.
Каждое утро, просыпаясь, обнаруживал, что ее рядом нет. В нос ударил, резкий запах тостов и жаренного бекона. Иду на запах. На кухне окна с восточной стороны. Яркая вспышка. Зрение возвращается. Она стоит, в солнечных лучах летнего солнца, не жгучего, а удивительно теплого. На миг показалось, что она светится. Сама безупречность. Рыжие волосы торчали в разные стороны. Она медленно обернулась, наверно услышала меня. Ее зеленые глаза, смотрели на меня. И она улыбнулась она всегда улыбалась, утром, когда видела меня. Ее веснушек, в этом свете показалось больше, чем обычно.
- Видел бы ты себя, - засмеялась она. Ничего не нужно только этот смех.
- Эм.. что? - ты еще спишь, и до тебя не сразу доходит.
- Твое заспанное лицо, и неуклюжесть, вот что. Такой милый, когда сонный, - голос ее необъяснимо приятный. Самое лучшее, что ты когда либо слышал.
- Я всегда милый, - сладостно огрызаешься.
И так почти всегда. Самое дорогое для меня. Стоя в дверях, я смотрел на нее, не мог оторваться, она смотрела на меня. Этот взгляд, в душе что-то мурлыкало. Работа, дети, деньги, будущее - все к черту. Хочу взять ее на руки и унести в спальню… И пускай все ждут.
Завтрак был съеден, и дети начали заходить на кухню. Все те же заспанные личики. Дети своего отца. Оставив их ты пошел побрился, а потом в спальню.
Брюки, рубашка, галстук, пиджак.
Обуваясь ты вспомнил: ручка на комоде от входа отпала. Достал клей, пара легких движений - ручка на месте, бросаешь клей на комод(времени в обрез). Последний взгляд в зеркало.
- Черт! - волосы торчат в разные стороны - меня выгонят с работы, если я такой приду.
Неотрывая взгляда от зеркала, выходишь, последнее что ты слышишь ее голос с кухни, кормит младшенького. последнее что видишь - тюбик клея в зеркале, в тонкой щели между дверью, и косяком.
А дальше как обычно: подъезд, машина, офис, и снова машина.
Но вдруг что-то не так. Перед домом пробка. Соседи стоят на улице в нижнем белье. И толпа незнакомых людей. И, что?.. Пожарники. Ты останавливаешься, выходишь из машины. На земле валяются обгорелые вещи, твои вещи, остатки дома… Каждая клетка твоего тела готова разлететься на части.
Ты подымаешь голову вверх - дыра, вместо твоего дома, твоих окон - черная пустота. Хочешь убежать, как можно дальше. Какое-то движение внизу. В скорую погрузили еще один черный пакет. Не до конца застегнутая молния. Рыжие волосы… Нет… Ее больше нет. С ней все в порядке… Но ты знаешь, что нет. Ты больше не услышишь ее. Не ощутишь ее запаха. Ты больше не обнимешь никогда… Младшенький никогда не увидит осень. Старший не побывает в школе. Не будет рассказывать тебе кто ему нравиться. Тебя никогда не вызовут в школу из-за разбитого носа одноклассников. Ты один, и вокруг тебя пустота…
Ноги подкосились, и ты просто упал. Рядом с тобой осколок зеркала. Ты его берешь в руки сжимая с силой. Из руки пошла кровь. В зеркале нет тебя. Тебя вообще нет. В зеркале тюбик с клеем…
Аж самому противно. Но единственный способ от этого избавиться - записать это.
Безмятежность, темнота, я словно дрейфую в тумане из черных как смоль облаков. Жужжание. Надоедливая мелодия. Что-то словно хватает за глотку, и с силой вытягивает тебя на поверхность. Глаза открыты. Ненависть. Святая, бурлящая ярость направлена на столь ничтожный предмет, как будильник. Не успеваешь заметить, как ты уже стоишь возле стола. Следующий момент ты в ванной. Моментом позже в душе. Теперь ты уже не спишь, теперь ты никогда не вспомнишь, что тебе снилось, о чем ты думал, пока шел из спальни. Все остатки сна стекают по трубам. Поглощаешь завтрак, строишь планы на день. До тебя долетают вчерашние мысли, и те важные вещи которые нужно было запомнить. Чистишь туфли. Скрежет дверного замка, ты уже не дома. Утро прошло…
Серо-зеленное небо давит сверху. Воздух тяжелый и горячий. Но солнца не видно уже несколько дней. Ты уже соскучился по его ярко-зеленому свету. Топчешь сухую землю. Дышишь через повязку. Ветер в лицо. В воздухе витает горький запах серы - ты недалеко от Стены. Твердо ступая, шаг за шагом, ты слышишь, как подошва отцовских ботинок трется о твердую, желто-белую породу. Дорожный плащ, который не раз спасал тебя, вовремя переходов, трепыхался от ветра, который приносил от Стены запах гари и отходов. Тучи висели довольно низко. Кажется, что вот-вот пойдет дождь, но тебе то откуда, это знать, ты его никогда не видел. Тебе лишь довелось слышать о нем от старших Бродяг.
В твоем трофейном рюкзаке несколько книг, фляга, пара очков, линзы, зажигалка, и карманные часы. Все это тебе не нужно. Это нужно тем кто за Стеной, они за это дают воду и еду. То, что сотни лет назад было не более, чем мусор, сейчас предмета бартера. Я - Бродяга, сын Бродяги, все мы дети пустыря. Хозяева дорог. Ты уйдешь, заснешь вечным сном, и оставишь лишь следы, от отцовских ботинок, на земле.
